28 (936) в продаже с 7 августа 16+

Вера Карасева: «Художник – товар штучный»

24 июля 2020

В последнее время интерес к искусству в Татарстане заметно вырос, все чаще стали открываться персональные выставки местных художников. «Известия Татарстана» пообщались с признанным профессионалом гравюры, лауреатом премии Б. Урманче, обладателем медали «Шувалов» Российской академии художеств и знака Минкульта РТ «За достижения в культуре», умной и обаятельной женщиной Верой Карасевой о гравюрной эстетике, бедности художников, деревенском детстве и поколении гаджетов.

– Здравствуйте, Вера! Расскажите, когда вы стали заниматься гравюрой и откуда к вам пришло это желание?

– Здравствуйте! Гравюрой я занялась серьезно только в институте, когда училась в Москве на художника-графика. В Казанском художественном училище в конце 20-го века такого обучения не было. В Московском государственном академическом художественном институте имени В.И. Сурикова мне повезло учиться у настоящих профессионалов. Самое большое впечатление на меня произвел офортист Александр Борисович Суворов – масштабом своей личности художника и человека. К счастью, он жив и передает свой опыт следующему поколению художников.

– Расскажите о своем детстве и увлечениях.

– Детство мое прошло в маленьком провинциальном городке, бывшем поселке Лопатино на берегу реки Волги. Лето проводила, помогая бабушке по хозяйству, пасла коз, гусей, и кормила кроликов. Как все дети, ходила в разные кружки. Играла на баяне, занималась спортом и училась в художественной школе.

– Какие художники вам близки по духу и почему? Что бы вы посоветовали молодым ребятам?

– Мне нравятся многие художники прошлого и настоящего, России и зарубежья. И только те, которые работали и работают искренне с полной самоотдачей и сердечной привязанностью к своей профессии, для которых жизнь без искусства не мыслима. Молодым ребятам, которые только начинают свой путь в этом направлении, советую быть сильными духом, не пасовать перед трудностями и не обращать внимание на разбитые колени. Идти в художники только, если есть в этом потребность не только на духовном, но и на физическом уровне.

– Расскажите о своей гравюрной технике. Какова ее история в Казани?

– Историей развития гравюры в Казани занимались и занимаются многие искусствоведы. Приведу абзац из книги Е. Ключевской «У истоков казанской графики». «Развитие печатной графики в Казани имело свои предпосылки в культурной жизни города на рубеже XVIII—XIX веков. Значение города определялось тем, что это был центр обширнейшей Казанской губернии, учебного и военного округов, концентрировавший интересы административные, общественные, промышленно-экономические, общеобразовательные и культурные». Если говорить кратко, первыми «певцами» земли казанской и областных земель в гравюре были иностранцы-путешественники. Они оставили нам прекраснейшие виды города Казани, по которым мы можем судить о масштабах и величии города того времени. Широко известны многим уже более поздние видовые литографии Василия Турина и Эдуарда Турнерелли. Гравюра того периода была интересна с художественной точки зрения и должна была удовлетворять утилитарные потребности. Позже графический коллектив «Всадник» внес свою лепту в гравюру, начиная на базе Казанской художественной школы, но уже языком авангарда. Наши современники: Т.Зуева, М. Мавровская, И. Колмогорцева, также обращались к гравюре и внесли свой вклад в развитие татарстанской гравюры. Каждый автор в пейзаже выразил свое отношение к городу своим неповторимым изобразительным стилем. Я, в свою очередь, вхожу в состав НТО «Графком», который был организован в Казани в 2011 году, куда я была приглашена в качестве художника-гравера и могу считать себя продолжателем традиций казанской графики.

– Почему вы выбрали именно эту непростую технику?

– Я использую разные гравюрные техники, но офорт — это моя любовь на всю жизнь! Каждый раз, когда поднимаешь лист с металлической доски после сильного давления вала офортного станка, то происходит маленькое чудо. Это работа с использованием разных инструментов, с кислотоупорным лаком и азотной кислотой, с последующей печатью изображения краской на бумаге под давлением. Техника хороша своей живописной магией тонов, линий и штрихов. Она обладает большой тиражностью, но каждый оттиск неповторим. И я еще не успела использовать все безграничные возможности этой техники. Пока я работала в таких манерах офорта, как травленый штрих, акватинта, мягкий лак.

– Насколько при этом важно историческое соответствие изображенного реальному?

– Работая в основном в реалистичном направлении искусства, мои изображения соответствуют историческому прочтению. Я не занимаюсь архитектурными фантазиями или реконструкцией. Разрушительное действие времени и природных стихий дает полноценный художественный облик исторической архитектуры, который я довожу до образности, нахожу композиционное решение, ракурс, точку зрения, расставляю акценты, обобщаю и нахожу техническое исполнение.

– Какие собственные гравюры вы считаете наиболее удачными?

– Мне сложно себя оценивать объективно, если говорить честно, то я мало удовлетворена своими работами и даже не могу считать удачными. Приятно, когда хвалят авторитетные для меня люди или совершенно не знакомые. Иногда вдруг за работы и награждают, чем сильно меня удивляют. Каких-то истории интересных нет. Гравюра, в частности офорт – это сложный ремесленный процесс, в котором работают двое: художник и азотная кислота. И каждый раз это импровизация, можно все рассчитать по времени травления, но иногда кислота живет своей жизнью и происходит борьба.

– Насколько высок интерес европейцев к гравюрному искусству?

– Интерес к гравюрному искусству всегда был слабее, чем к искусству живописи. Живопись сама по себе эффектнее и масштабнее. К восприятию искусства гравюры надо быть готовым, много смотреть и читать, ходить на выставки, чтобы начать понимать. А в наше время востребованными являются визуальные практики, понятия живописи и графики стираются. Но меня это не беспокоит, не стремлюсь быть модным художником. Делаю то, что умею, что интересно мне, учусь у своих коллег в России и за рубежом.

– Расскажите о вашей «итальянской» серии гравюр. Что вас поразило и вдохновило на Апеннинах?

– В Италии я побывала два раза, и все это были творческие поездки с выставками и воркшопом в Верчелли. Третья рабочая поездка в марте из-за коронавируса не состоялась. Мне понравились сами итальянцы, особенно в маленьких городах, своим гостеприимством и радушием, семьи с сохранившейся системой духовных и культурных ценностей. Со своими коллегами из Казани я посетила города, которые явились колыбелью европейского искусства, такие как Рим и Флоренция. Мы побывали в музеях и культовых для Италии местах, много ходили пешком широкими и маленькими улочками. Жили мы и в Милане, в музеях познакомились с итальянским искусством 20 века, а также посетили Миланскую академию Брера, где наблюдали преподавание современного гравюрного искусства. Меня поразила городская красота в каждой детали, через это ощущаешь любовь жителей к своей стране, городу, дому и семье. Масштабы, величие и разнообразие культовой архитектуры вдохновили меня на серию офортов «Христианские святыни Италии».

– Сейчас в Галерее современного искусства проходит ваша выставка «Гравюра сегодня» в рамках масштабного проекта к 100-летию ТАССР. Что могут там увидеть казанские любители искусства?

– Моя выставка в ГСИ при ГМИИ РТ состоит только из печатной графики. Оригинальной графикой я тоже занимаюсь, но не так усердно. На выставке представлены работы в традиционной технике офорта, которая известна с 16 века, линогравюре и коллаграфии в монохроме и цвете. Коллаграфию можно назвать самой современной по изобразительным качествам и материалам, т. к. в качестве основы для печати в ход идут любые материалы современной промышленности. Это упаковочный картон разных фактур, бумажный скотч и т. д., все что в печати может создать интересный графический лист. Мои серии работ: «Старая Казань», «Мой Свияжск», альбом с гравюрами «Перспективные виды города Казани, рисованные с натуры в 1834 и 2014 годах», «Христианские святыни Италии», «Исторические города Татарстана» и экспериментальные работы из серии «Контрапост» и «Локация».

– Вы много работаете с талантливыми детьми в художественном училище. Расскажите об этом опыте.

– Мне повезло, у меня много талантливых студентов в Казанском художественном училище им. Н.И.Фешина. Я работаю с ними в области академических дисциплин живописи и рисунка, т. к. это основа всего изобразительного искусства. И совсем недавно на факультативах мы занялись с ними печатной графикой, которая своими графическими особенностями выходит за пределы учебных задач. Для меня является важным преодоление барьера, который возникает между обучением и выставочной деятельностью будущего художника. Студенты начинают активно участвовать на конкурсах и выставках в Казани и за ее пределами, получая даже призовые места.

– Поколение гаджетов способно удивить мир новым словом в изобразительном искусстве?

– Гаджеты удобны в учебных целях, без них мы бы не смогли заниматься дистанционно в период пандемии. Удивить новым словом они не могут, т. к. душу и чувства художника в это изображение не вложишь. На глубинном подсознательном уровне с исторической памятью человек будет возвращаться к рисованию рукой и это будет ценно во все времена. Гаджет – это всего лишь инструмент, а «хореография руки» человека точнее передает импульсы чувств и эмоций.

– Что мотивирует вас в творчестве?

– Я работаю в области пейзажа, мотивация происходит при созерцании объектов архитектурного наследия с ограниченным пространством или просторами, с разными оттенками чувств, где-то с ностальгией, иногда со спокойным умиротворением и никогда пересказ того, что уже создано и без моего участия. Для меня важно образное начало. Бывает, что я советуюсь со своими коллегами, насматриваю графику, изучаю опыт, вдохновляюсь.

– Какие тенденции сейчас превалируют в профессиональном сообществе?

– Тенденции в мире моды проще отследить, чем в изобразительном искусстве. Художник должен быть собой и смотреть на себя через призму мирового художественного процесса. На мой взгляд современные художники, чтобы не оставить зрителя равнодушным, очень часто работают категориями безобразного и это искусство несет в себе разрушение, а не созидание. Искусство должно вступать в диалог со зрителем, но не вызывать низменные чувства и отвращение, оно должно быть жизнеутверждающим, вдохновляющим и прекрасным.

– Чувствуете ли вы поддержку государства, или художники по-прежнему входят в категорию бедных?

– Говоря словами русских классиков, «бедность не порок», меня скорее в человеке духовная бедность огорчает. Если человек приходит в искусство «подзаработать», то он для меня не художник. Почти все великие художники прошлого испытывали материальные трудности и это им не помешало стать великими. Художнику ничего не мешает, так сказал один из моих преподавателей. Я нашим государством довольна. В свое время получив среднее и высшее образование бесплатно, у меня есть возможность заниматься творчеством, и мне никто не мешает. В 2014 году я получила стипендию Правительства Российской Федерации для молодых деятелей культуры и искусства и участвовала в межрегиональном проекте «Диалоги с классикой». Находясь в составе Творческого союза художников России по РТ и под патронажем Поволжского отделения Российской академии художеств, я и мои коллеги регулярно получаем государственные стипендии на проекты. На эти деньги покупаем материалы, выпускаем каталоги и делаем выставки в Татарстане и за его пределами. Такие проекты как: «Свияжская уха», «Дом. Свияжский дом», «Город Болгар. Экология проживания» и др. В частности, в Казани, каждый художник обеспечен мастерской и возможностью выставляться на любой площадке города совершенно бесплатно, чего нет во многих городах России и мире.

– Как вы оцениваете уровень развития искусства в Татарстане и России?

– В России с развитием искусства хорошо только в Санкт-Петербурге и Москве, т.к. есть наличие лучших вузов страны, скопление большого количества соратников по цеху и много всего другого, что формирует личность художника. Мне сложно судить об уровне развития всего искусства Татарстана. Понятие искусства сейчас очень размыто. С народным искусством все хорошо, т.к. оно целиком и полностью базируется на традиционных ремеслах. Я могу сказать только за изобразительное искусство. Молодежь растеряна, она не знает, как дальше развиваться, в каком направлении искусства и стоит ли? Когда человек учится, то за него преподаватель уже все решил и объяснил. Когда он остается наедине с собой, тогда он настоящий. Я могу только спрогнозировать, что лет через 10-15 профессионального изобразительного искусства в республике почти не останется и делать выставки будет не с кем, если только не будут приняты меры. Художник — товар штучный и надо работать с каждым, на всех уровнях.

Иван Михалик

источник:

Комментарии
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость
7 августа

Опрос
Как Вы относитесь к повышению пенсионного возраста ?